ИТУРУПСКИЕ УРОКИ СВОБОДНОГО ЛАЗАНИЯ

Первое кольцо: В ТРУЩОБАХ ГРОЗНОГО ХРЕБТА

При посадке на теплоход “Игорь Фархутдинов” в списках пассажиров не оказалось фамилии HigherG. Сиё недоразумение стоило туристам нескольких неприятных минут. Всё образовалось, правда, вопреки купленным билетам, им пришлось размещаться в разных каютах. Но то были пустяки, так как к неприятным сюрпризам туристы были готовы. Как сказано в Кунаширском отчёте Смерша: … путешествие на Курилы это всегда приключение, всегда множество впечатлений и эмоций…”. Поэтому даже если бы Шуру-Романтика, Хайерджи и Пастора Шлага пограничники не пустили бы на землю Итурупа, уже только путь на теплоходе от Корсакова до островов был бы достоин увлекательного рассказа. И действительно, разве можно равнодушно провожать взглядом Маяк мыса Анива?! Или не приветствовать стаю дельфинов, сопровождающих теплоход?! Или не разглядывать могучие контуры вулкана Тятя?!

День первый (17 сентября 2006 г.)

ЭКЗОТИКА

Каждый, прибывший на Итуруп, должен знать, что плашкоутный причал находится не в Курильске, а в посёлке Китовом, в четырёх километрах от районного центра. Из Китового в Курильск три раза в день ходит автобус, но на него вряд ли стоит рассчитывать. Проще или поймать попутку, или самому дойти пешком.

Этот момент туристами был продуман. Хороший человек по имени Артур (знакомый Хайерджа) встретил их в Китовом и увёз на своей машине к подножию вулкана Баранского. Как говорится, “с корабля на балл”!

Курильская необычность начинается сразу. На Итурупе почти нет прямых деревьев. Хвойные кривулины растут по широким седловинам на некотором расстоянии друг от друга, образуя нечто похожее на саванну. Весьма, своеобразная местность. А на очереди у путешественников было ещё много доселе невиданных объектов – кальдеры, сомы, фумаролы…

Кстати, на склонах Баранского туристы посетили Старозаводское фумарольное поле. Собственно оно фумарольным уже не было, а стало полем деятельности человеческой – здесь строили гидротермальную станцию. Здесь же строители подсказали, что недалеко есть место более интересное – “ванночки”.

Через полчаса туристы уже были на этом самом “гламурном” месте отдыха итурупчан. Думается, попади сюда Клеопатра, то почувствовала бы себя как дома. Правда, ей пришлось бы вместо вина пить водку, и сидеть не на мраморных скамьях, а за дощатым столом… (детали, знаете ли).

А прибывших искателей приключений не соблазнил даже вариант радиальной вылазки на кратер Баранского. Минут сорок они грелись в ванночках. Затем облачились в походные одежды и свалились (в буквальном смысле слова) в ручей Кипящий.

Название “Кипящий”, конечно, носит условный характер, так как за час спуска по нему, туристы свариться не успели. Но то, что ручей горячий, хорошо чувствовалось сквозь сапоги. Сернистые пары пощипывали глаза. Иногда встречались “фумаролки”. Экзотика чувствовалась.

Через час они добрались до устья ручья. Река Серная. И вновь не полное соответствие названию. Река оказалась почти пресной, и как следствие холодной. Вспотевшие любители экзотики почувствовали значительный контраст температуры.

И двинулись они вверх по Серной. По реке более глубокой, более широкой, с прижимами, с водопадами. Здесь сразу и обнаружился первый “косяк” Пастора Шлага, который к совету взять с собой болотники, отнёсся не серьёзно. В коротеньких сапогах довольно скоро плескалась вода. “Ну, что же – философски заметил Пастор. – Движенье – это жизнь! Посему будем двигаться!”.

А двигаться по горной реке оказалось не просто – постоянным перескакиванием с камня на камень. А так же, то и дело приходилось преодолевать броды через сильный поток. Всего то лишь час пути от людского лежбища, а уже начались места, посещаемые человеком крайне редко. Нет ни троп, ни следов кострищ. Зато вереница следов медвежьих, а непуганые утки и гуси, пролетают, чуть ли не у самой головы. Буйство Природы и никакой Цивилизации. Чего собственно и добивались.

В этот день решили сильно не упираться. Чем выше по реке, тем труднее найти место для стоянки. Поэтому, обнаружив небольшую песчаную косу, туристы встали на ночлег. На первую Итурупскую ночёвку.

Подводя итоги первого дня, надо отметить, что апогей Курильской Экзотики пришёлся именно на него. В дальнейшем, конечно, Итуруп преподнёс путешественникам ещё не мало оригинальных сюрпризов, но все они имели скорее экстремальный характер. А вот Экзотика с точки зрения “тюленя-курортника” – гейзеры, горячие источники с ванночками, места для шезлонгов – за сим свою программу и завершила.

День второй (18 сентября 2006 г.)

ХОЖДЕНИЕ ЗА ТРИ ВОДОПАДА

День был ясный, а прогноз не лучший. Поэтому решили поспешить. Циклон лучше встречать в седловинах, чем в долинах, где коварные курильские реки могут подняться за одну ночь на несколько метров.

Только разве сильно поспешишь, когда на пути столько красавцев-водопадов.

Водопад – это не только зрелище. В условиях, когда только река является средством коммуникации, водопад – это ещё и сложное препятствие. Хорошо если слева или справа найдётся каменистая “полочка”. Если же такой “халявы” нет, то неизбежен обход по сильно заросшим крутым склонам долины. Эти склоны-стенки, как правило, возвышаются над водопадом больше, чем высота самого водопада.

Ещё пока путники поднимались по реке Серной, им встретились три водопада, которые преодолели относительно легко. Но, как оказалось, то была лишь разминка. По достижении устья ручья Кудрявого, начались куда более “кудрявые” испытания – ещё три водопада, более высоких и более труднопроходимых.

Первый был виден ещё от устья. Он состоял из одной ступени, но весьма не низкой – 8 метров. Никаких естественных проступей не нашлось, и пришлось его обходить по склону плотно заросшему бамбуком.

Бамбук! Кому из жителей Южного Сахалина не знаком сей представитель злаков? Кому не приходилось пробираться через зелённые заросли, чертыхаясь сквозь подавляющий шелест? Однако, сахалинский бамбук по сравнению с курильским – молодая сочная поросль. На Итурупе бамбук гораздо злее. Лазить по зарослям без перчаток – непростительная оплошность, можно запросто исколоть руки. Следует поберечь глаза и другие мягкие ткани. Однажды Шлаг споткнулся – жёсткий стебель попал ему в рот и чуть не проткнул щёку. Вот бы потеха получилась.

Но при всём при этом, бамбук – это и лучший союзник. На влажных склонах под углом 45 градусов нет более надёжной растительности. Всякая другая зелень лишь потяни её рукой, тут же сползает вместе с дёрном. Поэтому, как бы не было тяжело лезть сквозь мощные стебли на двадцатиметровую высоту, надо радоваться тому, что они есть.

Миновав грохочущую ступень, “бамбуколазы” начали спуск. Сначала он происходил легко. Но чтобы спуститься к воде, надо было преодолеть трёх метровый обрыв. Они увидели большую и разлапистую берёзу, приблизились к дереву. Шура уже протянул было руки, чтобы вцепиться в ствол, как вдруг панически отшатнулся назад…

ИПРИТКА!

Ничем с виду непримечательная ядовитая лиана спиралью вилась по дереву. Ух! Дрянь, какая коварная! Пришлось применять верёвку. Зацепили за другое дерево, стоявшее повыше, и благополучно спустились к ручью.

***

Второй водопад, состоявший из трёх ступеней (2+8+2 м), оказался ещё более сложным по преодолению. Его стены более крутые и высокие. Подъём на них осуществлялся подтягиванием на руках…

Хватаешься руками за жёсткие стебли бамбука, подтягиваешь себя и 20-киллограммовый рюкзак. Во влажной почве находишь опору для ног, и быстро перехватываешься руками за следующие стебли. За эту долю секунды слабый дёрн под сапогами срывается, и если ты не успеешь перехватиться, то рискуешь соскользнуть по стеблям бамбука вниз к месту старта.

А самое “весёлое” начинается, когда под тобой грохочут потоки падающей воды. В это время “символические” мышцы бицепсов уже достигают большой степени утомления, и держишься, как говорится, “на зубах”. В один прекрасный момент силы рывка не хватает, перехватиться не успеваешь, Сила Тяжести тянет вниз и … ты висишь на кончиках стебля. Мозг, от физического напряжения, равнодушно отсчитывает высоту нахождения над ступенями. Получается примерно @#%^&-дцать метров. Вроде не так уж много, даже появляется желание разжать занемевшие пальцы, но инстинкт самосохранения ещё в действии. Собираешься с духом, делаешь рывок “через не могу” и … вот ты уже на 8 сантиметров выше. Борьба продолжается…

Особенно тяжело пришлось Хайерджу. Сам по себе не из легковесов, он продирался через бамбуки с самым тяжёлым рюкзаком, в котором находились ценные предметы из металла – топор, посуда, тренога для костра и др. К тому же, он шёл третьим по уже изрытому дёрну, что добавляло красочности момента.

Тем не менее, все трое смогли преодолеть Второй водопад без тяжёлых происшествий. И уже стоя по другую сторону ступеней, каждый в первый раз подумал: “А пути назад нет! Только вперёд!”.

***

Третий водопад оказался самым простым – нашли полочки. Первую ступень (7 м) прошли слева, затем на трясущихся ногах пересекли поток воды, и вторую ступень (3 м) прошли справа.

Выше идти стало легче, но на смену водопадам пришли сомнения. На первой же развилке, Шура-Романтик, руководствуясь “Отчётом” Клитина за 1997 год, предложил идти вправо – по менее широкому руслу. Это предложение не нашло дружный отклик у Хайерджа и Пастора. Но после небольшой дискуссии группа всё же свернула в ущелье притока.

Вновь медвежьи следы. Вновь развилки. Вновь сомнения. И тогда вспомнили о том, что “Утро вечера мудренее”.

Открытого места для стоянки не было – сплошь камни и заросли. Решили вырубить поляну в бамбуке. Пастор Шлаг в этом деле оказался не проворным – в кровь сбил пальцы на обеих руках. Зато уроженец Холмщины могучий Хайерджи умелыми ударами топора вырубил поляну в одиночку.

Тем временем, Шура-Романтик совершил разведку. Сообщил новые детали, подтверждающие правильность выбранного пути. На дальнейшие дискуссии сил уже не было. Путешественники, подкрепившись, попадали спать.

День третий (19 сентября 2006 г.)

ОБ ЕЩЁ ОДНОМ “УЧАСТНИКЕ” ПОХОДА

Вот и прекратилось благоволие погоды. Сутра по тенту палатки посыпалась крупа дождя.

В этот день путешественникам предстояло добраться до перевала и выйти к подножию вулкана Тебенькова.

Под накрапывающим дождём, они собрали лагерь и пошли вверх по ручью, как на то настаивал Романтик. Честно говоря, уверенность Шуры не сильно быстро передалась его попутчикам. Поднимаясь далее вверх по ручью, они не могли избавиться от зыбкого чувства сомнения – “Туда ли идём?!”.

Сомнения рассеялись через двадцать минут. Правда, Чёрная стенка, которую по “Описанию” Клитина ожидали увидеть слева, возникла справа. Стала понятна ошибка в чтении отчёта Клитина. “Левый борт ручья” – это не значит, что он будет слева по ходу движения. Как берег, так и “борт” определяются, глядя вниз по течению.

Немного повозмущавшись витиеватостью клитинского изложения, путники всё же отметили, что без подобного “Описания”, им пришлось бы худо. Вообще, многие доброжелатели советовали им перед походом: “На Курилы не стоит суваться, не имея опытного проводника”. Шура, Хайердж и Пастор всё-таки “сунулись”. Но предварительно много консультировались у Клитина. У каждого в непромокаемом пакетике был припрятан многостраничный отчёт под названием: “Краткое техническое описание пешеходного похода по острову Итуруп V к.сл. в июле-августе 1997 г. (руководитель Серый С.П.)”

Это Описание на время Похода стало практически Библией. К нему обращались по несколько раз в день, штудировали по вечерам, подобно “хорошим мальчикам” тыкали загрубевшими пальчиками в каждое слово. В возникавших спорах самыми убедительными доводами были фразы: “Клитин сказал…”“Клитин советовал…”“в отчёте Клитина написано…”. В общем, несмотря на физическое отсутствие знаменитого сахалинского путешественника-одиночки, путники не чувствовали себя беспомощными дебютантами. Можно сказать, что Клитин – был четвёртым заочным участником Похода.

Далее всё шло “как по маслу”. Ещё три водопада, новые развилки, “сухое русло, служащее коридором в зарослях бамбука и стланика” – всё совпадало с “Описанием”.

Но сколько верёвочке не виться, а конец неизбежен. Сухое русло “высохло” окончательно, и начались изматывающие заросли двухметрового стланика.

О том, какие гнетущие чувства испытывают стланиколазы в плотном молоке тумана, могут поведать уже многие Сопочники и Снаряговцы, ходившие по знаменитому пути “От карьера до Карьера”. Ощущения не для курортников. Чувство романтики поддерживается только благодаря подрагиванию стрелки Компаса – верного помощника всех путешественников. В дебрях, где и на твёрдую землю ступить не удаётся, только она – Магнитная Стрелка – является воплощением верности и стойкости.

Правда, через час лазания по трущобам и стрелка уже не веселит. Был момент, когда путники впали в состояние некоторого уныния, и уже засвербели в их мозгах червоточины сомнения: “А не ошиблись ли мы с развилками ручьёв?!”. Но вдруг стланик расступился, и почти тут же просветлел туман, и бродяги увидели бледные очертания озера Купального. Уррра!

Клитин не подвёл. Благодаря ему, они вышли точно к цели.

***

Берег Купального был усеян следами. Прямо-таки “Медвежий Бродвей”. Посвистев в свисток, товарищи двинулись в обход озера. Впрочем, “обход” оказался символическим, туристам пришлось брести по колено в воде. Пастор, в этот день долго умудрявшийся сохранить ноги сухими, всё-таки вновь набрал полные сапоги воды.

“Движенье – это жизнь!”, – неустанно повторял он себе. Между тем, движение воздушных масс вовсе не способствовало жизнерадостности. Вновь припустил дождь. Холод настойчиво полез сквозь слои одежды к телу. Когда озеро осталось позади, путники немного прошли вдоль вытекающего из него ручья Многоозёрного, и занялись установкой лагеря.

Надвигался циклон.

День четвёртый (20 сентября 2006 г.)

ВЕРСИЯ ШУРЫ-РОМАНТИКА

Палатка “Байкал-4” (из серии “Nova Tour”) – хорошая палатка, но не экстремальная. Туристы не замёрзли, но и чувства комфорта не испытывали. Ветер всю ночь сотрясал символические стены, а дождь поливал столь настойчиво, что постепенно нашёл-таки лазейки, и вода проникла внутрь.

Утром ветер стих. Но плотный туман заполнил седловины горного массива. Видимость оставалась почти нулевой.

– Затишье – задумчиво сказал Шура-Романтик – видимо мы находимся в центре Циклона.

– То есть, ты думаешь, что циклон нас ещё не миновал?

– Да. У меня такая версия.

– И когда начнётся вторая часть вакханалии?

– Не знаю. Может ближе к вечеру. Предполагаю, что направление ветра сменится на 90 градусов.

– Почему это?

– Обычно циклоны двигаются на Курилы по дуге против часовой стрелки, и сами вращаются вокруг своей оси против часовой стрелки. Вчера и ночью ветер имел направление с юго-востока на северо-запад. Если мы сейчас действительно находимся в центре циклона, то ветер вновь придёт сюда, но уже с юго-запада. Возможно, он будет уже слабее.

В этот день путешественники вспомнили много карточных игр. А вечером ветер вновь обрушился на палатку. Его направление сменилось на 90 градусов, а версия Шуры-Романтика оказалась верна на все 100.

День пятый (21 сентября 2006 г.)

ПОСЛЕ ДОЖДИЧКА В ЧЕТВЕРГ

Не всякий четверг, даже после многих дождичков, может быть столь удачным. Забегая вперёд, отметим, что этот день был единственным ясным днём за время их пребывания в седловинах Грозного хребта. И львиная доля фотографий была сделана именно в этот четверг.

Обнаружив сутра над головой ярко синее небо, Пастор Шлаг и Хайердж радостно бросились на ближайшую Сопку, обозревать местность. А обозревать было что.

Уникальность этого района состоит в том, что целая группа вулканов сосредоточилась на относительно небольшой местности. Обычно Курильские вулканы занимают одиночное отдалённое положение. Представляя собой огромный конус, они выделяются синими контурами на бледном небе, видны очень далеко. Именно такими видятся красавцы Алаид, Фусса, Тятя, Богдан Хмельницкий, Креницына, Атсонупури и многие другие.

Хребет Грозный – это группа относительно небольших, но не менее красивых вулканов. Одним оглядом можно охватить Ивана Грозного, Дракона, Мачеху, Тебенькова, и на некотором отдалении синеет на севере вулкан Баранского. Эта скученность обуславливает присутствие множества локальных водоразделов-котловин. Озёра Купальное, Лопастное и Чистое – крупнейшие. А сколько мелких разлапистых озёр-трещин всего в долине ручья Многоозёрного – не сосчитает самый дотошный астроном.

Фотографы вволю нащёлкались камерами. Затем проверили мобильную связь. И… о чудо цивилизации! МТС работал. Отзвонились, успокоили родных и близких. Получили прогноз погоды: циклон ушёл в сторону Сахалина, но здесь возможны были ещё “Остаточные явления” – облачность, осадки.

Брошенный товарищами Шура, не был бы Романтиком, если бы в это время грустил у палатки. Пока Хайердж с Пастором резвились на Сопке, он рванул в сторону кратера Мачехи. И, надо сказать, ничего не проиграл.

***

Радиальные прогулки и просушивание вещей заняли полдня. Транжирить и вторую половину было неразумно. Туристы сняли лагерь и двинулись вниз по ручью Многоозёрному. По своим характеру и растительности долина ручья представляет собой горную тундру, мари раскинулись по обоим берегам. С одной стороны, движение по мари не представляло большой трудности. Идёшь себе по хлюпающим кочкам (“Чап-чап-чап”), да идёшь (“Пач-пач-пач”). Но Итуруп не был бы Итурупом, если бы было всё так просто. То заросли бамбука вклинивались в луговины. То разлапистые озёра вдоль берегов ручья создавали коварные лабиринты. Эти озёра – не что иное, как трещины – обычное явление для вулканов. Глубина их порядочная – у самой кромки берега – полтора метра и более. А в середине, по “Описанию Клитина” – до 5 метров. Иногда, узкие, но глубокие трещины попадались прямо в траве, напоминая, что зевать на этой земле нельзя.

Петляли примерно полтора часа. Затем по медвежьей тропе вышли к зелёному от присутствия серы озеру Лопастному. Северный берег озера имеет длину менее пятисот метров. Однако заросли бамбука и стланика так буйствовали на крутоватых склонах, что обход Лопастного занял более часа.

 Далее заболоченная луговина протянулась естественной дорогой для них, как, впрочем, и не только для них. В другой ситуации такое количество медвежьих следов, заставило бы ретироваться куда угодно. Но измученные лазанием по кустарникам путники не стали сильно удаляться от “Бродвея”.

Палатку поставили тут же на болотной луговине рядом с “сочной” кучей помёта. Самый ясный день ушёл по-английски. “Остаточные явления” циклона безжалостно заволокли седловины, и только кратер Дракона скалился сквозь белую пелену.

День шестой (22 сентября 2006 г.)

ОЧИЩЕНИЕ ЧЕРЕЗ ТРУЩОБЫ

Утро вновь началось со звуков “Чап-чап-чап” и “Пач-пач-пач”. С виду небольшая лужа на их пути оказалась столь разлапистой, что обходили её около получаса. А затем вновь начались заросли.

Уж, по каким только зарослям не лазили они в этом Походе. В горах Итурупа очень мало прямых деревьев. Суровый климат заставил искривиться и превратиться в непролазные кустарники таких классических благородных представителей флоры, как: берёзу, ольху, клён, и даже дуб. А если сии “культуры” перемешивались с общеизвестными “трущобниками” – бамбуком или стлаником, то передвижение по поверхности Итурупа приобретало жуткий характер. Нормального человека в таких условиях обязательно постигла бы истерика.

Но, как уже догадался Читатель (Посетитель Сайта), герои нашего рассказа никак не могли называться нормальными человеками. Бродяги-Романтики – это самое мягкое определение для одичавших изгоев. Особенно “весело” скрипел зубами бродяга Пастор. “Отец-переотец!!!…”“Я вам покажу оливковое масло!!!…”“Я вам поделю мир на Людей и Пижонов!!!…” – столь невелик оказался запас его прелестных цензурных фраз.

Тяжело происходило “очищение” бродячих душ в трущобах Грозного хребта. Видимо, очень похожие чувства испытывали и первопроходцы этих мест. Видимо, поэтому и озеро, к которому они добирались столь мучительные три километра, называется Чистым.

Чистой душе – спокойный сон!

День седьмой (23 сентября 2006 г.)

КАМЕНЬ РЕШЕНИЯ

Утром Пастор вылез из палатки. Поправляя ветровые оттяжки, он боковым зрением заметил движение. Первая мысль: “Медведь!”…

Но то оказалась лиса. Она вылезла из-за камня и пошла мимо палатки подобно не выспавшейся москвичке, которая сутра бредёт на работу, абсолютно не обращая внимания на окружающую суету.

– Ну, ты ваще обнаглела, Кума! – удивился Пастор. От неожиданности Кума пригнула голову, но наутёк не бросилась, а с надеждой поглядела на двуногого:

– Дай пожрать!

Пастор, по доброте душевной, хотел было рыжую угостить, но вспомнил о прочитанной инструкции, где говорилось, что прикармливать диких животных чревато, ибо чувством меры те, не избалованы, и назвать других непрошенных – это запросто.

– Самим жрать нечего. Иди, ищи леммингов!

– Ну, и подумаешь. Жадина! – Кума отвернулась и не спеша продолжила свой путь по тропе.

Туман по-прежнему низко висел над озером. “Остаточные явления” явно собирались задержаться.

– Шура! Каков твой прогноз?

Но на этот раз Шура воздержался от конкретики:

– Очень может быть, что у моря погода хорошая. А здесь, скорее всего, туман зацепился за верхушки вулканов и, леший знает, когда развеется. Наверно, нет смысла нам здесь сидеть и ждать.

Это было весьма грустное суждение, но не лишённое здравого смысла. Так можно просидеть и неделю, потерять время и ничего не дождаться.

Путешественники решили уходить.

***

По клитинскому “Описанию”, лучший путь от подножия вулкана Иван Грозный к посёлку Горячие Ключи – по ручью Трущобному. Только вот выйти к нему в отсутствии троп, трудно даже по компасу. Стоит слегка отклониться влево – и попадёшь в водораздел реки Ярославки. Если же увлечься правой стороной – попадёшь в ручей Многоозёрный, который измучит труднопроходимыми водопадами.

В зарослях полутораметрового стланика путешественники лазили около двух часов. Полезная вещь – тренога для костра – безвозвратно потерялась в буйствующем кустарнике. Важный промежуточный объект – озеро Сарычева – в лабиринте котловин, так и не нашли. Единственным заметным ориентиром оказался камень-останец, кое-как просматривавшийся сквозь пелену тумана.

Добравшись до Камня, решили: “Будь что будет. В какой ручей свалимся, по тому и пойдём…”.

На спуске значительную критику претерпела теория о ярусности флоры. Спускались сначала по стланику, затем по бамбуку. Потом снова по стланику, и вновь по бамбуку. Эдакая непонятная полосатость. Когда наконец-то бамбук окончательно сменил стланик, Пастор изобрёл особый способ спуска – “наискосочное перекатывание”. Сиё ноу-хау, позволило не только не отставать от товарищей, но и местами опережать их.

Через час путешественники свалились в канаву ручья. И ещё час они прыгали по звенящим от воды камням. Уже начинало смеркаться, а буйно заросшие склоны упорно не хотели расступаться. В итоге решено было ночевать по опыту второй ночёвки – в бамбуках.

В этот раз топором махать не стали. Как смогли, умяли бамбук и поставили палатку прямо на жёсткие стебли. Тент не растягивали. Залезли в “помещение” с рюкзаками, зажгли горелку, вскипятили чай.

В эту ночь огромные звёзды нависли над палаткой особенно низко. И когда кто-нибудь из её обитателей выходил на улицу, то невольно пригибался дабы не удариться головой о Большой Ковш.

День восьмой (24 сентября 2006 г.)

ЛЮДИ!

От прислонявшихся стеблей бамбука, палатка вся промокла.
Встали рано. Свернули мокрую палатку и двинулись вниз по ручью, даже не позавтракав.

Как и все ручьи на свете, ручей Трущобный (а это был он), чем ниже, тем становился всё полноводней и шире. Исключением, правда, стало среднее его течение, исчезнувшее в глубине земли. Около четырёх километров скакали туристы по сухому руслу – “скоростной участок”. А в конце его остановились на завтрак.

Не смотря на то, что бродяги не покорили вулкан Иван Грозный, настроение было мажорным. Сам по себе поход по Грозному массиву принёс массу познавательного. Да и впечатлений хватало. Поэтому завтрак в радостных лучах утреннего солнца прошёл в весьма умиротворяющей обстановке.

***

Затем уже привычным манером шли вброд по реке. Как и писал Клитин, ни одного серьёзного водопада они не встретили.

К трём часам дня запахло тухляком, послышались звуки машин, обнаружилась тропа. Путешественники вышли к окрестностям посёлка Горячие Ключи. Здесь был встречен паренёк с удочкой, который вкратце рассказал о посёлке: “Живут здесь в основном пограничники… имеются пара магазинов, которые работают даже сегодня – в воскресенье… если специально нанимать машину до Курильска, будет стоить дорого – 2,5 тыс. рублей… лучше поймать попутку – тогда денег не возьмут, не принято пока ещё здесь так…”. Впервые за неделю лазания по Итурупу туристы услышали человеческий голос (если не считать их собственных).

Решили в Ключах не задерживаться: “Пограничники люди хорошие. Но шут их знает, а вдруг попадётся какой-нибудь чрезмерно бдительный офицер, докопается до чего-нибудь…”

Пройдя по окраине посёлка, они вышли на пыльную трассу Буревестник – Курильск. Движение здесь было весьма активным – 10-15 машин в час. Автомобили в неуловимой последовательности, то останавливались, то проносили мимо. За два часа движения по дороге путники всё же уловили логику этой последовательности: останавливались только те, кто заведомо знал, что подвезти не сможет.

Постепенно они добрались к повороту в нежилой посёлок Пионер. Рядом с деревянным бараком стояли белые палатки геологов. Вновь начался дождь. Отчаявшись в надежде дождаться попутку, друзья поплелись в посёлок. Геологи – родственные души, наверно приютят.

Однако в первые минуты нахождения в Пионере им удалось обнаружить только одну Душу, да и то не родственную. Огромный Пёс кавказской породы тяжело поднялся с земли и решительно направился к пришельцам.

– Он на верёвке? – спросил близорукий Пастор.

– НЕТ!!! – дружно ответили обладатели хорошего зрения.

– Мама!

Пёс-телёнок не спеша подошёл. Оцепеневшие туристы стояли не шелохнувшись.

– Ну, что там собаку отозвать некому?! – послышался мужской голос.

– Сеня! – послышался женский голос.

Но Сеня отходить не торопился. Деловито обнюхал пах у каждого из чужаков и только потом нехотя отошёл.

– Чего вам ребята? – спросила женщина, вышедшая из палатки.

– На… на… нам бы переночевать.

– Это надо спрашивать у начальника. Там в бараке – Владимир Георгиевич.

Владимир Георгиевич – чернявый бородато-вихрастый начальник партии вышел к ним навстречу.

– Мы хотели бы узнать. Можно ли переночевать в Вашем лагере? – залепетали искатели приключений.

– Ну, почему же нельзя! Как гласит Закон нашего государства: “Земля принадлежит Народу…”!

Второе кольцо: НА СКЛОНАХ БОЛЬШОГО БОГДАНА

Их пригласили на утренний кофе… Ёпрст! Это после недельного лазания по трущобам хребта Грозного. А потом был завтрак, с плюшками и подливками. А ещё косматые геологи подарили им три пары перчаток, газовый баллончик и кучу полезных советов. Не хотелось! Ой, как не хотелось туристам покидать уютный лагерь в “нежилом” посёлке Пионер. А надо.
Правда, Хаерджи на Второе кольцо пойти не смог – производственные проблемы. Хоть и отговаривали его звонить на работу, но добросовестность оказалась сильнее. “Осиротевшие” Шура-Романтик и Пастор Шлаг позаимствовали у него топор, горелку и котелок. Покидали рюкзаки в кузов геологического “ЗИЛа”. Наскоро простились с Хайерджи. Залезли в кабину. И поехали…

***

Когда-то давно под понятие “город” подпадали населённые пункты с населением не менее 12 тысяч жителей и с наличием необходимых элементов инфраструктуры. На сегодняшний день следить за административной терминологией некому. Поэтому Ноглики – посёлок, зато Курильск – город. В этом районном центре живёт менее трёх тысяч жителей. Мощной инфраструктуры там не наблюдается. Из свежих зданий – только новая школа.

Впрочем, туристам многого и не требовалось. Они успешно отзвонились-отчитались по мобильной связи и закупили необходимое количество продуктов. Более того, даже побаловали себя – по баночке “Балтики-тройки”.

Вышли за пределы Курильска. Дорога на Китовый пролегала вдоль Охотского побережья. Крепкий бодрящий ветер пригибал траву. Здесь у дороги друзья и расположились по случаю распития пива.

– Пастор, может изменим планы? По горам мы уже полазили. А по морскому берегу ещё не ходили. Рванём на Белые Скалы? – предложил Шура-Романтик, мечтательно глядя на бирюзовую гладь осеннего моря.

– Хм… Давай лучше махнём на Хмельницкий. Надо ведь хоть один вулкан покорить. Там и по берегу придётся идти. А на Скалах мы много времени не проведём – только время потеряем.

– Так ли уж просто “махнуть” на Хмельницкий? – Шура зашелестел описанием Клитина.

– Думаю, что не сложнее похода по Грозному. У меня два друга, будучи не самыми рьяными туристами, в разное время бывали на Хмельницком. Я думаю, что восхождение на Хмельницкий по местным меркам – что-то вроде похода выходного дня… Хе-хе… Ну, посложнее, конечно. :о)

– Сравнение не совсем удачное. Впрочем, будь по твоему, пойдём на Хмельницкий.

Через полчаса туристы вышли на дорогу. Голосовали не долго – остановился самосвал. Забрались в кабину вместе с рюкзаками. Узнав, что пассажиры намерены идти на полуостров Чирип, водитель подбросил их за посёлок – до карьера. Здесь по грунтовой дороге и начиналось их Второе кольцо. Охмелённые воздухом моря и малой порцией пива, уходили они на Север. После зарослей и водопадов Грозного хребта, считали, что вылазка на Хмельницкий будет более простым походом.

Ну-ну…

День девятый (25 сентября 2006 г.)

ЭКСТРИМ ТОЛЬКО НАЧИНАЕТСЯ

Час пути, и дорога закончилась. Путники стояли на краю обрыва. Внизу бесновались волны, разбиваясь о скалы.

– Клитин, говорил, что они где-то спускались по верёвке.

– Наверно, это будет дальше. Ближе к озеру Буда.

Клитинское “Описание” ограничилось слишком лаконичной фразой: “После преодоления непропусков охотоморского побережья мы достигли озера Буда…”. Как проходить непропуски? Поверху? Понизу?

Была найдена Тропа. По ней и пошли. И за сим, безмятежная прелюдия закончилась.

Крутой-прекрутой подъём по скользкой траве отрезвил их сразу. Это подобно движению на лифте в каком-нибудь высотном московском здании. Только скорость ниже и нет стеклянной стенки или перил. Чуть левее и под ногами – пустота. Уже не 20-40 метров отделяет тебя от прибрежных скал, а все 80-100, но ты продолжаешь с каждым шагом вздыматься выше и выше. Кружится голова. Ветер сдувает с ног (к счастью, его направление с моря).

“Хорошо, что хоть ветер помогает нам” – подумал Пастор.И вдруг, как очень некрасивая шутка, мощный поток на секунду меняет своё направление, и двадцатикилограммовый рюкзак охотно тянет в опасную сторону. “А, чтобы не расслаблялся”, – шепчет Ветер в ухо. “Ну, знаете ли! – Пастор возмущён – Эдак-то не по-джентельменски!”. “ХА-ХА-ХА!!! – раскатисто смеются Скалы – Ну, ты сказал! Ну, насмешил!”. И подавленный Пастор ещё сильнее прижимается к земле.

Он не считал, сколько ещё пришлось сделать усилий, дабы преодолеть этот подъём. Но настали и те минуты, когда степень крутизны стала снижаться. Опасная кромка обрыва удалилась влево – тропа пошла наперерез высокого мыса. Скользкая трава сменилась буйным бамбуком.

Тропа уже мило ускользала под уклон. Пастор, несколько приотставший от Романтика, перевёл дух: “Ну, вроде дальше будет проще”. Он никак не мог усвоить одну важную вещь: на итурупских маршрутах нельзя расслабляться ни на секунду…

***

Шура пятился назад и нервно лепетал: “Пастор! Пастор! Пастор!…стой…доставай фальшфейер!”. Пастор, ещё не поняв в чём дело, сбросил рюкзак и полез в клапан за фальшфейером. Этим временем на тропе происходило что-то незапланированное. Какой-то необычный шум! Он стремительно приближался, и вскоре из зарослей бамбука высунулась недобрая харя и зарычала.

– Кэто ето?! – спросил Пастор, явно ещё пребывающий в состоянии прострации.

– Ты что! Не видишь?! МЕДВЕДИЦА С МЕДВЕЖАТАМИ!!!

!!! !!! !!! !!! !!!

– СТОЙ!!! ФУ!!! КУДА ПРЁШЬ!!! ЧО НЕ ВИДИШЬ – МЫ СВОИ!!!

Медведица, увидев, что на тропе не один “Свой”, а двое, и оба издают резкие неприветливые выкрики, остановилась в замешательстве метрах в семи. Из клапана пасторовского рюкзака посыпались предметы один другого не нужней – фонарик, туалетная бумага, газовый баллончик, шапочка. Наконец-то его рука нащупала цилиндр нужного диаметра.

– Достал!

– Открывай!

Пастор стал нащупывать шнурок, и … увидел у себя в руке баночку с аэрозолью против гнуса.

– Чёрт!!!

Между тем, Медведица металась впереди. То отступит, то опять приблизится. Немного левее, со стороны обрыва люди услышали мерзкое рычание медвежонка. Мамаша отвечала ему. Вдруг она сместилась вправо и полезла на корявый ствол высохшего дерева. На какой-то момент они увидели не только морду, но и всю её тушу… !!! Дерево с хрустом сломалось, и люди услышали новый вопль ужасного дикого рыка.

Наконец-то Пастор извлёк и приготовил фальшфейер. Осталось решить: дёргать или нет?!

Хруст проламываемого бамбука и рычание медвежонка раздались слева – совсем рядом. Медведица – правее. Ситуация была критическая – люди оказались между Медведицей и её ретивым отпрыском. К счастью, хватило выдержки не запускать фальшфейер (к чему бы могло привести сиё действие – не известно).

Путь к спасению подсказала сама Медведица. Она вновь отступила.

– УХОДИМ ВПРАВО!!!

– УХОДИМ!!!

Наспех похватав рюкзаки, они полезли в заросли бамбука. Вдруг Шура-Романтик запел. Красиво так, душевно: “ЭТО ЕСТЬ НАШ ПОСЛЕДНИЙ И РЕШИТЕЛЬНЫЙ БОЙ…!”. Пастор никогда не слышал поющего Романтика, но удивляться не было времени и настроения. Он подхватил: “С ИНТЕРНАЦИОНАЛОМ ВОСПРЯНЕТ РОД ЛЮДСКОЙ…!”. Сместившись метров на восемьдесят, они ещё около получаса надрывали глотки. Почему-то песенки типа “Туси-Пуси” в эти минуты не вспоминались. Тематика была революционно-патриотическая: “Долго в цепях нас держали…”, “Врагу не сдаётся наш гордый Варяг!…”, “Вихри враждебные веют над нами…” Когда наступила усталость, они перешли к диалогу, нарочито громко и отрывисто произнося каждое слово:

– У тебя! Целлофан! Из рюкзака! Торчит!

– Это пакет! С туалетной! Бумагой!

– Ааааа! Она! Может! Нам! Скоро! Пригодится!

– Угу!

– А я! Кепку! На тропе! Оставил!

– Мммм! Жаль кепку!

– Ну, мы! Ведь! Наверно! Ещё вернёмся! На тропу!

– Ты говорил! Что были медвежата! …Я слышал! Только одного!

– Второй! Сразу назад деранул! По тропе!

– Значит! Нам лучше! На тропу! Не суваться!

– Давай ещё попоём! С полчаса!

– Давай!

***

Ещё полчаса спустя они стали медленно выбираться к тропе. В зубах Романтика неистово свиристел свисток. Пастор держал фальшфейер наготове. На тропе они нашли кепку Шуры и использованную пивную баночку из клапана Шлага. Как добросовестный “грин-писовец” он не мусорил на природе.

Дальнейшее продвижение по Тропе было воплощением напряжения. Каждый шорох вызывал тревогу, в каждом кусте мерещилась зубастая морда. В конце концов, тропа потерялась. И это даже вызвало облегчение у Шуры-Романтика: “Пойдём вниз! Похоже, непропуски миновали”.

По склону крутого оврага они влезли в пущие заросли, где длинные и жёсткие лианы спутывали ноги и руки, а бамбук перемешался с шиповником. Преодоление этих кустов стоило им ещё каких-то нервов. Зато через полчаса они стояли на берегу вечернего моря. Непропуски действительно остались позади.

Ещё полчаса они скакали вдоль берега по крупной гальке. Затем узенькая тропинка сквозь высокую траву вывела к берегу озера Буда. Полянка здесь была маленькая, но удобная. Впервые, за весь их Поход, проблем с установкой палатки не возникло.

***

Пастор Шлаг и Шура-Романтик пили чай с шиповником и обсуждали события дня. Ну, если не лукавить, то одно событие – Встречу. Досконально обсудив каждую деталь инцидента, сделали вывод, что в целом действовали правильно.

Во-первых, не показали страх, не побежали от Медведицы. Во-вторых, не борзели, не провоцировали Медведицу. В-третьих, вовремя ушли с Тропы, уступили её Медведице. Ну, и отметили, что Медведица тоже вела себя не слишком агрессивно, за что окрестили её Деликатной Медведицей. А, вообще, решили, что лучше бы такие “деликатные” встречи не повторялись…

День десятый (26 сентября 2006 г.)

ВВЕРХ ПО ЮЖНОМУ ЧИРИПУ

Истошный вопль раздался от северного угла озера Буда. Возможно, по медвежьим понятиям, он не был истошным. И, может быть, даже и воплем он не был. Но именно так воспринял сиё звуковое наполнение Пастор Шлаг, беззаботно осуществлявший утренний променаж. С ответным воплем – “Медведи!” – он запрыгнул в палатку, разбудил друга, и в следующую секунду оба стояли у берега с приготовленными фальшфейерами.

Стали орать. Рёв прекратился. Минуту спустя, люди услышали хруст с противоположного берега. Он продвигался в южную сторону. Поравнялся с палаткой. Дежурное рычание, и вновь хруст переместился на юг. Зверь (звери) удалялся (удалялись).

Этот эпизод заставил поторопиться. Скорее на Север, к устью Южного Чирипа. Этот ручей был обнаружен на первом же мысу севернее озера. Начало нового этапа в их двухнедельном путешествии…

По Южному Чирипу в нижней его части идти гораздо проще, чем по Серной или Кудрявому. Сам ручей не широк, но его долина позволяет выбирать путь. Почти всегда имеется второе русло – высохшее. По нему в основном и продвигались Шура-Романтик и Пастор Шлаг, почти не залезая в заросли. Камни гладкие и небольшие по размеру, прыгать по ним – одно удовольствие. А иногда даже встречались полоски песка – просто счастье.

Но чем выше по Чирипу, тем сложнее. Долина постепенно превращается в каньон. Вертикальные склоны всё выше и выше. Ручей приходится пересекать всё чаще и чаще. Камни всё крупнее и крупнее. А затем путники оказались в царстве Глыб. Маленькие и большие, они застыли в самых разных позах. Одни грудой высыпались в ручей и создали многоступенчатый водопад. Другие, метров по 20-30 в диаметре, замерли на склонах. Путники проходили под ними, затаив дыхание. Сахалинским туристам знакомы подобные ощущения. Примерно таким же маленьким тараканом чувствуешь себя, проходя по прижимам хребта Жданко, под нависающими огромными каменными козырьками. Но под Жданко скалы отшлифованы морскими волнами и бесчисленными ветрами – они выглядят как нерушимые массивы монолита. Здесь же в каньонах Южного Чирипа глыбы имеют ту же самую рассыпчатую текстуру, как и россыпи камней под ногами. Не надо обладать большими познаниями геологии, чтобы понять, что всё окружающее далеко от устоявшегося положения. Всё здесь – не вечное, всё когда-нибудь с ужасным грохотом покатится, рассыплется на куски, перемешается. Ещё пройдёт много десятилетий, прежде чем, часть камней превратится в песок и неистребимая трава сможет стянуть их в нечто цельное. Но Шура и Пастор не могли ждать эти десятилетия. Их глупая безбашенная сущность заставляла лезть вверх по ручью. Поджилки тряслись, а ноги сами тащили вверх измученные тела и тяжёлые рюкзаки.

Шура-Романтик, более проворный, скакал по камням впереди. Законы Физики, с их векторами, трениями и инерциями, как послушные инструменты подчинялись его воле. Когда-то он выигрывал призы в соревнованиях по скалолазанию. Затем свои навыки применял для получения других “призов”. Крым, Саяны, Хамар-Дабан, и даже Гималаи – разве это не призы для настоящего безбашенного романтика.

Пастору было сложнее. Его неуклюжее тело было не столь тренированным. Он делал больше лишних движений, чаще спотыкался и быстрее уставал. А главное, его моральное состояние было весьма потрёпанным. Эмоционально подавленный, Шлаг начал разговаривать сам с собой. Если бы Шура-Романтик сильно-сильно прислушался к ворчаниям своего спутника, то мог бы многое узнать про себя, про Геологию с Физикой, и про самую досадную ошибку Пастора Шлага – неправильно выбранный образ жизни.

Но отвлекаться было некогда. Каньон подбрасывал им препятствие за препятствием. Один из водопадов пришлось обходить, высоко забравшись по травянистой перемычке. Здесь под ногами преобладала глина. А уже за водопадом перемычка оборвалась десятиметровой стенкой. К счастью, Стенка тоже оказалась глинистой. Путём перескакивания и съезжания по податливой поверхности туристы спустились в ручей. “Глинистая Стенка – мелькнуло в мозгу того и другого, – как-то ведь придётся по ней забираться на обратном пути”.

***

А затем вновь были Глыбы. Их верхушки всё чаще скрывались под кусками тумана, и от того их вид был ещё более угрожающим. Когда долина повернула в юго-западную сторону, Путники остановились. Слева стену каньона прорезал узкий ручей. По нему и решили лезть дальше вверх, уж слишком жуткими были сыпухи выше по Чирипу. Уклон ручья был гораздо круче – не менее 45 градусов. По нему лезли, не стесняясь – на четвереньках. Вода довольно быстро исчезла под камнями. Русло – само по себе представляло длинную и узкую сыпуху. Но зато склоны были не столь опасны. Здесь не было каньонов, а рюкзаки всё чаще цепляли кривые ветки деревьев-закорючин. По руслу каменной реки, продираясь под цепкими ольховыми путами, изгои выбрались на небольшое плато. Здесь им было уготовано грандиозное зрелище! Вершины Двугорбого хребта полукольцом окружали искателей приключений. Склоны низвергались отвесными стенами. Орланы величаво парили над плато…

***

Вновь заросли, на этот раз – ивовые. Привычно преодолевая полутораметровые кусты, бродяги искали место для стоянки. Нашли его на берегу Затерянного озера. Кто-то уже останавливался здесь – полянка, вырубленная в зарослях на бугорке. Отличное место.

Шура-Романтик услышал голос своей любимой птицы. Ворон! Это не ворона, Ворон кричит иначе. Мудрая птица.Шура достал сигарету, открыл клитинское описание и углубился в чтение.

– Вон видишь тот кулуар? – сказал он минуту спустя – завтра по нему нам и придётся лезть на хребет.

– Чего?! – Пастор чувствовал себя выжатым лимоном – Я – не самоубийца! Мне кажется, мы уже хапанули острых ощущений на всю оставшуюся жизнь! Ещё домой вернуться не мешало бы

– А что такого?! Обычный пеший перевал! Категория – примерно 1А. Таких на Саянах много.

Побурчав ещё немного, Шлаг решил, что ночь и утро всё рассудят.

День одиннадцатый (27 сентября 2006 г.)

ВЫШЕ ОБЛАКОВ

На утро эмоции Пастора несколько утрамбовались.

– Ладно, я полезу по этой сыпухе. Но учти, Шура, в любой момент я могу тебя бросить, и тебе придётся лезть одному.

– Договорились.

***

А, между прочим, этот день был – Международным Днём Туризма! Они не подгадывали эту дату. Совпадение. Но совпадение символичное. Лезли налегке. Палатка, спальники, котелки и топор остались на берегу Затаённого озера. Озеро становилось всё меньше и меньше. Палатка превратилась в крошечное зелёное пятнышко.

– Если я крикну: “Бойся!”, значит у меня из под ног катится камень. Будь на чеку, – предупредил Шура-Романтик.

Но Шура был столь проворен, что почти ни разу не заставил Пастора волноваться. Зато сам Пастор неоднократно вызывал движение булыжников, которые с грохотом катились по каменному желобу, подскакивая словно мячики.

К счастью, всё оказалось не очень сложно. Застывшая каменная река ни разу не потеряла своё стационарное свойство.

Через час они упёрлись в десятиметровую отвесную стенку. Сиё не было неожиданностью – соответствовало клитинскому описанию. Друзья сместились вправо, и сквозь заросли пролезли в соседний кулуар. Здесь подъём был возможен. Через час после выхода из лагеря, они вылезли на Двугорбый хребет.

Восточные склоны хребта оказались не столь крутыми и страшными. Именно по ним путники и двигались на юг по хребту. Невысокие заросли берёзки, ольхи и стланика помогали им. А западные склоны, откуда они и вылезли, зияли обрывами высотой 400-500 метров.

– Жуть какая! – повторял Шлаг. – Ведь говорила мама: “Посиди дома, Пасторик, почитай книжку!” Нет, ведь попёрся, шут знает куда. А, жуть-то какая!…

Они шли не торопясь. Часто фотографировались, осторожно приблизившись к пропасти. Погода была солнечная и ветреная. Удивительно, но даже здесь встречались медвежьи следы. Шура несколько раз порывался свистеть, но на фоне окружающего величия, эта мысль казалась кощунственной.

На пути стали встречаться скалы. Путники обходили их по низу по восточному склону.

Медленно, но верно приближались они к Цели. Уже стал различаться триангуляционный знак на вершине. Слева зиял овал кратера. Далеко на юг вырисовывались очертания острова. Были видны Курильск и Китовый, и напротив них на водной глади – суда. Через несколько минут они взобрались на вершину!

***МОМЕНТЫ ТОРЖЕСТВА!!!(Обычные действия: Поздравления, восхищения, фотографирование, звонки по мобильному…)- Я понял, что это за вулкан! – воскликнул Шура-Романтик, показывая на крошечный синенький треугольник далеко-далеко на горизонте. – Это Тятя! Он на острове Кунашир. Когда-нибудь мы и туда доберёмся!

– Конечно! Безусловно! – поддакивал Пастор.

Перипетии этого путешествия уже не казались такими жуткими. Нет, путники не забывали, что им ещё придётся возвращаться назад. Вновь ураганный ветер будет прижимать к земле. Вновь над ними будут возвышаться сыпухи. И вновь каждый куст будет казаться медведем. Они ещё неоднократно вспомнят о том: что есть Человек на фоне буйной Стихии.

Но сейчас просторы лежали у их ног. Они заслужили минуты торжества! Вулкан Богдан Хмельницкий покорился им!

***

Возвращение к палатке было не сложным и не долгим. Удовлетворённые туристы, устроили праздничный ужин. Для этого случая было припасено около 300 грамм водки. Выпивали небольшими дозами. За Восхождение! За День Туризма! За Величие Природы! За новые мечты! Ещё несколько важных тостов…

А между тем, клубы тумана ползли вертикально вверх из каньонных ущелий. Первые порывы ветра уже гуляли по плато. Благоволие погоды слишком затянулось – уж целых три дня они видели Солнце и синее Небо. Близок час расплаты.

Под завывания, начинающегося циклона, друзья выпили остатки праздничной бутылочки, и поспешили залезть в палатку…

День двенадцатый (28 сентября 2006 г.)

ТАЙФУН

Сначала потоки воздуха с жутким рёвом пролетали где-то в вышине. И любители приключений радовались тому, как удачно они поставили палатку. Несколько часов они искренне верили этой удаче и надеялись, что заросли скроют их от всех аэронапастей. Однако в пятом часу утра радостям и надеждам пришёл конец. Ветры сменили направление и на палатку обрушились шквалы холодного воздуха. Напор был столь силён, что дуги выгибались в обратную сторону. Стенки палатки хлопали по плечам и головам изображавших сон. Несколько раз палатка просто “складывалась” на землю. Отпинывая ногами хлипкий каркас, “спящие” заставляли вернуться пружинистые дуги в проектное положение. Эта незатейливая операция повторялась весь остаток ночи и первую половину нового дня (если его можно было назвать днём). Беспросветный плотный туман заволок всё плато. Частенько по поверхности тента ожесточённо барабанил крупный холодный дождь. Ткань не выдержала этой экзекуции и стала пропускать воду.

Уже не первый день испытывавшие тяготы суровой походной жизни, бродяги находились в состоянии полного равнодушия к происходящему. Они не стали утром покидать спальники, они даже тяготились разговоров. Только вздохи и нервные смешки нарушали покой в помещении. Наконец-то Шура-Романтик, уставший от апатичной флегмы, сказал: “Давай хоть чаю сварим что ли!”. Во второй половине дня ветер стал стихать, палатку болтало меньше, и они смогли вскипятить чаю. Это немного оживило их организмы. И они даже затеяли дискуссию на тему календарей. Очень даже своевременную тему, ибо оторванность от цивилизации и беснующаяся стихия заставили забыть их о многом из того, что наполняло обыденную жизнь. Вот когда начинаешь ценить Цивилизацию.

– Мне кажется: мы оскотинели, – сказал Шура, рассматривая в зеркальце грубую щетину.

– Мдааа… Бреют ли бороды в современных парикмахерских? – поинтересовался Пастор, почёсывая слой толстого ворса – А ведь так мошка меньше кусает. Ты заметил?

– У меня две версии: либо мошка уже вся сдохла, либо мы настолько слились с Природой, что гнус нас не замечает.

За день отлежали все бока. В спальники залезли пораньше. Возможно, беззаботный сон подсластит гнетущее нахождение на одном и том же месте?

День тринадцатый (29 сентября 2006 г.)

ПОД МОКРЫМИ СЫПУХАМИ

“Тент! – заорал Шура-Романтик. – Тент сорвало!!!” Пастор подскочил, кинулся спасать снаряжение… Однако, тент был на месте, а Шура мирно посапывал в своём углу палатки.

“Тент едет… то есть крыша” – пробурчал Шлаг, очередной раз окунаясь в сон. В эту ночь (самую холодную ночь в их Походе) кошмары ещё неоднократно тревожили Пастора. То ему виделось, что они выползли на брусничную поляну, и их тела засыпает градом. То они летели в палатке, как в фургончике Элли, на соседний остров. То вдруг сами становились частью стихийного буйства, метали молнии и создавали гром.

А утром, уже завтракая в реальной жизни, они тревожно прислушивались к грохоту падающих камней в каньоне. Тонны выпавших осадков не могли не повлиять на жизнь гор. Романтик и Шлаг многозначительно переглянулись: “А идти ли сегодня вниз?!”. Но оба понимали, что идти надо. Запасы провианта были близки к полной реализации. Да и сроки поджимали – через день на рейд Китовый приходит теплоход – надо спешить. Уложили мокрую палатку и пошли.

То, что очевидно в ясную погоду, становится загадкой в условиях тумана. Лазание по ивовым зарослям в поисках нужного ручья заняло около часа. Облик ручья, по которому они поднимались три дня назад, несколько изменился, стал живее – больше воды. Ещё через час шли по Южному Чирипу. Двигаться вниз немного проще – меньше видишь Глыбы, напряжённо висящие над головами. Но чувство опасности от того не притупляется, ещё сильнее вдавливается голова в плечи, и есть большое желание, как можно быстрее покинуть это жуткое место. Ловко перескакивая с камня на камень, они преодолевали опасные места. Благо, опыт такого “скакания” был уже не малый. Минуя очередную осыпь, облегчённо вздыхали. Но не расслаблялись.

Глинистая Стенка! Ещё три дня назад, спрыгивая по ней, они задумывались: “А как же назад будем идти?! Поднимемся ли?”. И вот она, раскисшая от дождя, возвышалась над искателями приключений. Шура сделал шаг. Никаких шансов – серая масса тут же сползла вниз. Залезть по ней десять метров с рюкзаками не представлялось возможным. Более того, сползание глины могло вызвать падение выше лежавших камней.

И пошли они в водопад… Верхние ступеньки преодолели легко – опыт сказался. Но последняя ступень была слишком высока – около четырёх метров. По отшлифованной стенке спадал мощный поток воды. Это место можно было обойти по куче осыпавшейся глинистой породы, на которой возлежал Камень, метров тридцати в диаметре. Шура-Романтик первым взобрался по Куче. Прижался к Камню, и ловко цепляясь руками за едва заметные неровности, преодолел отвесный участок. Выбрался на место скованное корнями травы.

Пастор Шлаг внимательно следил за движениями товарища, но секрет его успешного манёвра уловить не смог. Настал его черёд. Несколько шагов вверх по Куче. Теперь надо продвинуться по её отвесному скользкому склону, держась за Камень.

– Не нагружай ноги. Постарайся перенести центр тяжести на руки! – посоветовал Шура, сомневающемуся Шлагу.

“Такому умению надо учиться годами. Кажется, Йога называется, – бубнил Пастор, боком продвигаясь под нависшей глыбой. – Кишки свои я подтянуть смогу. А как заставить рюкзак давить на руки, а не на ноги?”. Почва под ногами была зыбкая. На ней нельзя было задерживаться дольше нескольких секунд. И чем надёжней была зацепка для рук, тем дольше Пастор мог простоять на одном месте, чтобы обдумать следующий шаг…

Он преодолел половину опасного участка. В очередной раз переступил по глиняной полочке… Далее зацепок не наблюдалось. Единственный камешек-крючок рассыпался под пальцами. И тут же рюкзак с удвоенной тяжестью потянул вниз. Пастор суетливо шарил рукой по рассыпчатой поверхности Камня, и чувствовал, как с каждой секундой ноги всё сильнее проваливаются в глину…

КАК НЕ ХОЧЕТСЯ ПАДАТЬ!!!

Шлаг всем телом вжался в поверхность Камня. Сила Трения спасла для него ещё несколько мгновений. ДА ЗДРАВСТВУЕТ ФИЗИКА! И, ДА БУДЬ ЧТО БУДЕТ…

Он сделал ещё один шаг вперёд… ещё более зыбкая почва. Но небольшой запас времени остался. Надо действовать. До спасительной кромки всего лишь метра полтора.

ЭХ, ЕЩЁ БЫ ОДНУ ЗАЦЕПОЧКУ!

– Приготовь руку! – он крикнул Шуре, который как загипнотизированный наблюдал за муками товарища.

– Чего?!

– Приготовь руку!

Узенькая ладошка Романтика нависла над обрывом.

ЭХ! ГОВОРИЛА МАМА… Пастор кинул себя вместе с рюкзаком вперёд. Глина тут же потащила в водопад, но мужественная рука друга уже тянула в противоположную сторону. Объединив все полезные векторы, они преодолели Силу Тяжести, и через секунду Пастор Шлаг лежал на спасительном островке…

***

Более таких мест не было. Сыпухи прекратились, уклон уменьшился, а долина стала шире. Ещё полтора часа прыгания по камням и они вышли на берег Охотского моря. До озера Буда рукой подать.

Заночевали на знакомом месте, на берегу озера.

День четырнадцатый (30 сентября 2006 г.)

ВОЗВРАЩЕНИЕ К ЦИВИЛИЗАЦИИ

Утром доели последние запасы продуктов. Остались только конфеты и орехи. Надо рвать к Цивилизации.

Не будем томить Читателя (Посетителя Сайта). Путь по Медвежьей тропе прошёл без приключений. То ли неистовый свисток Шуры-Романтика заблаговременно разогнал всё зверьё в округе, то ли Дедушка-Итуруп пожалел бродяг, посчитав, что с них уже хватит. Похудевшие измождённые туристы пришли в портовый посёлок Китовый в середине дня.

Справились о теплоходе, он должен был подойти на следующий день. Задержались у местного магазинчика. Была суббота, и, маявшиеся от скуки, местные проявляли интерес к двум явно неместным. Шура и Пастор решили покинуть посёлок.

Они выбрали мыс севернее Китового, где советские танки вкопаны в землю. Курильским берегам не присущи бархатные пляжи. Бродяги расположились на широких каменных плитах. В поле видимости было всё необходимое: Богдан Хмельницкий, Море и Пиво. Одним словом, Гламур. Обстановка была умиротворяющая, состояние – томным. Лучшего завершения для похода и не придумаешь.

ЭПИЛОГ (1-4 октября 2006 г.)

Всякий, кто задумает совершить поход по Итурупу, должен знать: по возвращении в посёлок Китовый, экстрим… только начинается! Стихия Небес и Гор сменяется Людской стихией. Приехавшие подзаработать алтайские женщины, приморские водолазы, косматые геологи, отдохнувшие студенты, и ещё десятки людей из самых разных сословий – все желают покинуть остров именно осенью. Сутра они приходят к причалу – люди как люди. Все приветливы. Все не прочь поделится своими знаниями. Расскажут о том, что прерогатива погрузки на теплоход, и сам плашкоут принадлежит местным монополистам – гидростроевцам. Но “Гидрострой”, будучи организацией не бедной, не слишком заботится о порядке и безопасности уезжающих. Билеты на берегу не продаются. Списки, желающих уехать, не составляются. Очередь формируется стихийно – при подходе плашкоута. Кто проворней, тот и уедет.

И действительно, перед тем, как подойдёт плашкоут, на причале начинается суета. Приветливые собратья превращаются в конкурентов, стремящихся занять самую удобную стартовую позицию. А уж когда подают трап, тут начинается нечто подобное сюжетам из фильмов про Гражданскую войну – эпизод эвакуации белогвардейцев из Крыма.

При посадке на плашкоут, следует забыть о таких элементах цивилизации, как культура, взаимоуважение, галантность и прочих химерах. Не следует заботиться о женщине с ребёнком на руках – ей поможет материнский инстинкт. Не следует вникать в положение человека, стоящего на краю. Перил там нет, если он упадёт в пространство между бортом плашкоута и стенкой причала – это его проблемы. В Толпе нет личностей. В Толпе – только толпа.

Нет! Нет! Если Читатель (Посетитель Сайта) подумал, что Шура-Романтик и Пастор Шлаг оСКОТинели до такой степени, он ошибается. Одичавшие бродяги могли бы долго скакать с камня на камень, лезть по зарослям, или идти весь день по колено в воде. Но участвовать в посадочной вакханалии было выше их сил. Они остались на берегу. Прощально сверкнул кормой “Игорь Фархутдинов” и скрылся за горизонтом.

Туристы пообщались со знакомыми геологами – собратьями по судьбе – и вновь ушли на мыс в северную сторону. Ещё один вечер на оранжевом берегу. Ещё одна ночёвка в родной палатке. Ещё несколько часов отрешённых раздумий и мечтаний. Всё что ни делается – всё к лучшему…

На следующий день алтайские женщины, приморские водолазы, косматые геологи и два одичавших туриста (всего около шестидесяти человек) поднялись на борт “Марины Цветаевой”. Кают хватило на всех…

***

– А знаешь, где ещё можно увидеть краски неповторимые до изумления и звёзды днём?! Верхняя Индигирка – вот Рай для романтиков!!!

Геолог Гоша умеет красиво рассказывать, и ему есть, что рассказать. Хоть он и моложе своих соседей по каюте, но повидал не мало – и на Кавказе бывал, и в Якутии, и на Чукотке. А ещё геолог Гоша очень здорово играет на гитаре. Не простыми переборами или аккордами, а профессионально. Хочешь “Прощание с Родиной” сыграет, хочешь – что-нибудь из “Металлики”. Но особенно по душе искателям приключений пришёлся “Полёт Кондора”. Очень уж хорошо сочетается сия мелодия с ходом теплохода по волнам Охотского моря, и неповторимыми картинами Итурупа, которые в памяти бродяги останутся навсегда…

p.s. Желающие послушать мелодию “El Condor Pasa” обращайтесь к известному меломану по имени Крыс.

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out /  Change )

Google photo

You are commenting using your Google account. Log Out /  Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out /  Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out /  Change )

Connecting to %s